Новинки / Остальное — в разделе "Объекты" / 

— Послушайте!..

— Нет, это вы послушайте!

— Извини-и-и-ите! Как можно слушать запах!? Нюхайте!

— Но послушайте, уважаемый...

Этот спор длится изо дня в день. Смолкают три друга только из уважения к чайной трапезе, к этикету. Когда из них пьют чай.

Иван Степанович печально втянул в себя воздух: ароматы столовой не обещали никакой радости от обеда. Он перевел взгляд с разводов на потолке на лохматую юную голову, уныло повисшую напротив его глаз. Голова принадлежала двоечнику Хаменко, который уже полчаса шмыгал, стоя по струнке посреди кабинета.

— Да не брал я эту чашку, Иван Степа-аныч, — неубедительно заскулил хулиган.

— Цыц! — грюкнул кулаком неумолимый воспитатель, — Ты последний оставался в классе, никто другой взять не мог. И зачем только время мое тратишь...

Иван Степанович поморщился: он не любил прибегать к дедовским методам. И все же встал из-за стола, одернул рубашку, шагнул к Хаменко и ловко схватил за оттопыренное ухо:

— Ну-ну, не вой, не больно еще. Идем, покажешь, где она стояла.

Под гулкими сводами замка раздалось шуршание. Золотые скарабеи начинали свою вечернюю пляску. Подчиненные единому неслышному ритму, они вздымали тонкие усы, дергали изящными лапками и поднимали жесткие крылышки. Старый мольфар ударил в бубен — алтарь наполнился сияющими монетами.